Асмат Гали Миназов заболел. Штамповщик лежал на койке с полузакрытыми глазами и думал о родной Татарии, о доме, детях, семье. Но как ни радостны были эти воспоминания, мысль о цехе не покидала больного. Как там без него? Ведь у молота сейчас жарко, а детали тяжелые. Каждый человек на счету, а он заболел.

С нетерпеньем ждал Ахмат Гали возвращения товарищей с работы. Наконец они пришли.

– Ну как? Ну что? – приподнимаясь с койки, засыпал их вопросами штамповщик Миназов.

– Людей маловато, Ахмат, но ты не волнуйся, отдыхай. Кузнецы не подкачают, – постарался успокоить больного сосед.

Миназов не успокоился. Преодолевая болезненный озноб, он пришел в цех. Молот не работал. Ахмат Гали заставил молот жить. Он сам нагревал заготовку, сам ее резал, сам штамповал.

Самоотверженность Ахмат Гали Миназова заразила Захара Андреевича Пруткова. Вдвоем с подручным (вместо 5 человек) он перевыполнил сменное задание.

Подтянула работa Ахмата и бригаду Сячина. Тяжело работать на молоте, но штамповщики, посматривая на Миназова, только успевали смахивать со лба пот и приговаривать:

– Мы не хуже Ахмата можем работать... Пусть чувствуют немцы и наш удар на своей спине.

Т. НИКОЛАЕНКО.

#Великая Отечественная война #металлурги #штамповщики #кузнецы #самоотверженный труд #стахановский труд