В Тагиле, большом и шумном, где гул и грохот, свистки и взрывы являются симфонией рабочих будней, кажется нет места нежным звукам, и уши жителей не способны улавливать изящные мелодии тончайших музыкальных инструментов. Но это не так.
Музыкальная культура на Урале молода, но корни ее глубоки и цепки. И в этом убеждаешься особенно, когда войдешь в Тагильскую детскую музыкальную школу.
В домике семь комнат, академическая чистота и море звуков. Мария Николаевна Машкова, заведующая школой, рада посетителям. Ей есть что рассказать. Вся жизнь, все существо Марии Николаевны принадлежит ее детищу, по-матерински холеному и защищенному в суровые дни первых лет войны, когда каждый квадратный метр в Тагиле был предметом жизненной необходимости заводов. Сейчас ее школа снова стоит на твердых ногах и живет большой жизнью музыкального учебного заведения.
Преподаватели Валентина Николаевна Миронова, Роза Лазаревна Росман и другие, как и сама Машкова, подвижники, скромные герои, энтузиасты своего дела. Противостоя всем трудностям, борясь со всеми лишениями, добывая своими руками топливо, субботниками ремонтируя классы, заменяя отсутствующих уборщиц, – они вынесли на своих плечах всю школу, не уронив ее достоинства в глазах детей и населения. Все это сейчас позади. Но это было.
В классах кроме инструментов скромная мебель и портреты композиторов. На окнах ослепительно белые занавески.
Входя в класс, мы просим извинения.
Учащаяся встает. Педагог называет свою фамилию.
– Продолжайте, пожалуйста, – просит т. Машкова. Мы садимся в уголок. Урок продолжается. Десятилетняя Ляля Киселева тонюсенькими пальчиками уверенно и стремительно перебирает клавиши рояля и они отвечают звуками «Танца пастушков» из балета Чайковского «Щелкунчик».
В классе рядом играет сложные гаммы дочь героя Севастопольской обороны Эвелина Яковлева. Через класс – дочь фронтовика Тамара Шушарова терпеливо овладевает какой-то сложной мелодией.
– А кто там играет на скрипке?
– Прошу вас…
– Ба! старая знакомая! Здравствуй, Ирина…
Ирина Логиновская, оставляя смычек, протягивает руку.
Она при посторонних играет с большим воодушевлением. Это, несомненно, будущая артистка. Слушатель для нее главный стимул качества ее игры. Я ее слышал дома. Она вместе с отцом исполняла скрипичный концерт. Он длился минут пятнадцать, и девятилетняя скрипачка не только ни разу не сбилась, но и не вызывала недовольного движения бровей ее отца.
Теперь я часто, идя на завод, прохожу мимо этой школы, делая крюк квартала в четыре. Сквозь двойные зимние рамы глухо доносятся каждый раз новые звуки. Занятия ведутся почти круглосуточно. Учащихся очень много. Еще больше желающих, Мария Николаевна решила открыть филиал на большой заводской окраине Тагила, с тем, чтобы превратить его в дальнейшем во вторую Тагильскую музыкальную школу.
Скоро в Тагиле прибудет вторая музыкальная шкатулка, полная чудесных звуков и детских голосов.
Таких школ на Урале десятки. Почти нет городка, завода без школы музыкального образования. Музыкальное воспитание начинается с детских садов. В них, как правило, бывает от двух до трех занятий в неделю. Там дети вкушают первые азы большой музыки.
Знакомясь с этими школами, веришь, что никакие гулы, грохот и шумы заводов не заглушат тонких звуков маленьких музыкантов Урала и из их среды может быть выйдет второй знаменитый уралец, как Петр Ильич Чайковский.
Евг. ПЕРМЯК.